«Аксиома вечности», рецензия на книгу стихов Сергея Лазо "И снов моих тише"

Інна Ковальчук

 

                                                             Стихи надо бы не писать —

                                                                                  высекать на камне…

                                                                                                          Сергей Лазо

 

            Размышляя о мировой поэзии как о величайшем феномене человечества, о современной поэзии Украины в частности, каждый раз невольно возвращаешься к вопросу о поэтических границах. Вопросы художественной ценности произведения, как правило, самым непосредственным образом связаны с представлением о его современности или несовременности. Однако зачастую актуальным называют именно то, что представляется современным тому или иному критику, не более того. В последнее время стало модно говорить о «постмодернистской литературе», в состав которой автоматически попадает большинство заметных произведений современных писателей. И все же противопоставление «актуальных» авторов «неактуальным» — не более чем проявление индивидуального вкуса.

            Русскоязычная (и не только) поэзия начала ХХІ века наследует от века предшествующего две противоположные тенденции: одна стремится к реалистическому отражению действительности, укреплению языковых норм, другая ориентируется на эксперимент, на нестабильность как бытия, так и самого языка, отражающего человеческое сознание. И вопрос о том, что более актуально, остается риторическим.

            Недавно вышедший русскоязычный сборник современного украинского поэта Сергея Лазо «И снов моих тише» представляется книгой, которая не утратит актуальности в исторической перспективе. Эта лирика одновременно сложна и проста, изысканна и доступна любому, глубоко эмоциональна и сдержанна. Вчитываясь, поражаешься богатству фонетики и ассоциаций, поэтизации прозы жизни. Мгновенно замечаешь своеобразие стихотворного стиля автора, непривычные синтаксические конструкции, когда нестандартная расстановка слов в строфе придает дополнительную экспрессивность тексту в целом:

 

О чем это море?

               О вечном.

Сверкающем и бескрайнем.

О жизни — все быстротечно —

Опять не войти.

         О дальнем

Мелькающем парусе белом.

Надежда, любовь и вера.

 

            Одним из важнейших моментов анализа данного сборника является его метафизическая проблематика: непосредственный выход поэтической эмоции в сферу трансцендентального — т. е. взгляд поэта на современную ему действительность с точки зрения вечности (sub specie aeternitatis). Прошлое органично переплетается с настоящим — «Приветствую тебя, Катулл!», нить жизни «трепещет в поднебесной круговерти». Метафизическая направленность определяется прежде всего четко выявляющимися материально-духовными архетипами. По мнению исследователей, архетипы — это базовые концепты, задающие координаты, в которых человек воспринимает и осмысливает мир, осуществляя свою жизнедеятельность, и которые в процессе своей реализации в человеческой практике обретают то или иное имя. В пространстве словесного творчества архетип проявляет себя как именованная сущность. У Сергея Лазо архетипы выражают извечную суть человеческого существования: земля, небо, ветер, вода, огонь, дом, дорога, смерть… Все это — не просто реалии, а прямые знаки вселенского бытия, вступающие в контакт с глубинными уровнями человеческой души. Архетипы коллективного бессознательного, преображенные в поэтические слова, становятся сугубо индивидуальными, отражают мировоззрение автора в процессе вербального осмысления действительности.

 

Открыватель горчайших слов — беда.

Толкователь твоих стихов — вода.

Прорицатель твоих стихов — ладонь.

А читатель твоих стихов — огонь.

Гид по жизни, следы оков — жердь.

Пожиратель твоих годов — смерть.

Соблазнитель колоколов — слог.

Сочинитель лучших стихов — Бог.