«Диагностика», рассказы

Марина Палей

5

Сели в машину.

— Из какой страны  вы приехали?

Спросил без задней мысли. Обмен репликами. Как о погоде.

— Из Югославии. Я боснийка,

— Да-да! Знаю: там сейчас война.

— Война, — смотрит на него, обжигает.

— Война — это плохо.

Кровь прилила к лицу. Она смотрит. Какой плохой у него английский! У неё не лучше, но это не уменьшает его вины. И потом: он ведь не знает — на самом-то деле — что такое война. А она — знает. С такими-то глазами! С такой хрупкой фигуркой! С этой шелковистой девичьей косой!

 

А узнай он тогда, что она на самом-то деле — из Ирака, взял бы её? В смысле — к себе домой? Конечно, взял бы. Какая разница? Конечно.

 

6

И снова эти два болвана, Йос и Герард.

— Ребята, что вы хотите найти?

— Не «что», а «кого» (Йос).

— Тебя с ней видели в Винтерсвейке (Герард).

И затем, взглянув в душевой на полочку с зубной щёткой:

— Её разыскивают родители. Мы получили второй запрос.

 

7

Когда мы любим — ничего  не боимся. Когда не любим — боимся всего.

 

Нет, точнее так: когда мы любим и лежим вдвоём  с назначенным судьбой человеком (вот как он сейчас, со своей Мансурой), мы ничего не боимся. Когда этот человек где-то далеко или даже просто в другой комнате — мы боимся за него, боимся смертельно.

 

А если мы не любим вообще, мы не боимся даже за себя. Терять нечего.

 

8

Он пришёл домой. Но её не было в комнате. Её не было и в другой комнате. И в третьей. Её не было в погребе. Он всё понял! Бедная девочка!

 

Он бросился в полицию. Он орал там, как умалишённый. Йос и Герард смотрели на него даже испуганно. Потом допросили. Он лгал в каждом пункте. Его отпустили.

 

9

Имейл пришёл через два дня:

«Я очень сожалею о случившемся. Но моим родителям удалось бежать. Они уже в Нидерландах. Я не могла не повиноваться. Меня выдают замуж. Отец, братья и жених — всё поняли и простили меня».

 

10

Что значит — «всё поняли»? То, что она — просто использовала его? Или всё-таки любила? Или это возможно вместе? Нет, невозможно!

 

И тут… Впервые эта мысль — скверная, недостойная  — пронзила его мозг: или у них это как раз возможно?

У «них»! Он впервые подумал о ней — «они». 

Йезус, пощади.

 

11

Он больше не мог оставаться в этом доме. Передал ферму старшему сыну. Снял себе квартиру в многоквартирном доме.

 

12

Первое, что сделал, — выдрал с корнем домофон. Будет он — им дверь открывать по ночам! Как же! Нашли себе швейцара! Нет, конечно, они не пьют. Они не пьют, да. Но часто возвращаются домой поздно, забывают  ключи.

 

Страницы