«Гадкий котенок», рассказ

Марианна Гончарова

Действующие лица и морды:

Кошка Скрябин. Известный персонаж, героиня нескольких книг автора. Умна, как человек. Как умный человек. Была куплена в подарок. Верней, был куплен. Кот. Который оказался кошкой. Но имя осталось прежним.

Кошка Соня. Блондинка. И по интеллекту тоже. Но беспрекословно слушается кошку Скрябин. И правильно делает!

Пес Амур. Лайка. Почти медведь. Сильный, большой, наивный и доверчивый. Радостный, голосистый и прыгучий. Любит снег.

Маруся. Автор. Это она таскает в дом с улицы всех животных. Люди тоже приходят, подолгу сидят, гостят, но пока не остаются.

Бабуля. Всехная кормилица, поилица и утешительница.

Девочка. Дочь Маруси и Аркадия. Студентка.

Аркадий. Хозяин. Главный ответственный за собаку Амура. Потому что кроме Аркадия никто с Амуром не может справиться.

 

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

 

– Дядя, возьмите меня домой! – пропищало что-то серое, худое, размером с мизинец.

– Дяяяяядя! – скрипело что-то в траве.

– Я не дядя.

– Ну, тётя. Возьмешь меня, тётя, а? – надрывался кто-то, – Я буду верный ваш навсегда насовсем. А когда я приду в себя и чуть округлюсь, я заставлю вас, дядя… тётя! кто вас там разберет в этих ваших штанах! мааау! я заставлю вас, ваших детей и всех ваших родных, трепетать от радости, что я у вас есть такой замечательный. Стану толстым красивым котом, ласковым и даже вороватым. А?! Ааа?! Мяя?!

Серое, худое с трудом выбралось из-под листа подорожника, доползло до туфли, зацепилось когтиками, преодолело длинный путь от носа туфли до застежки, забралось на ногу и повисло на брючине, продолжая орать.

– Ну пошли, что с тобой делать…

– Ага. Пошли-пошли. Я тебе скажу, что со мной делать.

Крошечный, полуслепой, лапы, как четыре червяка, короткий жалкий треугольный хвостик. Он мне расскажет, а как же, он мне объяснит…

– И что с тобой делать?

– Кормить! Хочу есть, много есть! У тебя есть много есть? Я волнуюсь, чтобы было много есть. Есть?

Ну вот, понятно. Объяснил.

                                           

***

Он ковылял еле-еле. Когда торопился, а он всегда торопился, то путался в лапах, спотыкался и заваливался набок, а то и падал на спину вверх тормашками. Вокруг все гоготали, как сумасшедшие, и спешили помочь. Сам есть не умел. Разевал розовую пасть, растопыривался всеми тормашками, выкатывал глаза, дрожал и яростно- требовательно орал.

Стали кормить из шприца – верещал, скандалил, подвывал, хватал шприц двумя руками и двумя ногами, чтобы не отняли, высасывал содержимое с такой скоростью, что поршень сам сдвигался вниз, а нам оставалось только придерживать котенка и шприц. Кот ел неаккуратно, чавкал, хлюпал, швыркал, молочная  смесь заливала ему морду, живот, лапы и хвост. Он высасывал еду, мгновение еще мрачно разглядывал длань кормящую – что? и это всё? – и тут же мягко отваливался, засыпал прямо в ладони. Мокрый. Теплый. Маленький. Скандальный. Одинокий. Безымянный.

 

***

Кошки Скрябин и Соня брезгливо рассматривали котенка и фыркали. Скрябин шипела, Соня поджимала рот, сопела и закатывала глаза. Переглядывались. Шушукались.

– Опять они что-то принесли. Люди.

– Нда. Подбирают и тащут в дом. Всякое.

– Их одних отпускать на улицу нельзя, все время что-то подбирают и волокут.

– Нда-кх. Нельзя. Волокут.

– Вы только посмотрите, посмотрите, кошка Соня, какие у него тонкие дрожащие конэчности… Разве ж это конэчности?

– Да что конэчности,  вы посмотрите, какой он тощий,  а голова большая…

– А хвостик! Фффффшшш! Ахахаха! Короткий. И эта форма – треугольный. Вы когда-нибудь видели треугольные хвосты у благородных котов?

– Никогда! – честно ответила кошка Соня, потому что кроме кошки Скрябин она в своей жизни вообще никаких котов не видела, поскольку жила безвыходно дома и на улицу выходить не желала. Благородные кошки по улицам не гуляют. Они ездят. К врачу. В ветеринарную аптеку. А так – дома сидят и в окошко смотрят.

– Гадкий, – поморщилась Скрябин, – какой гадкий котенок.

– Нда, гадкий, очень гадкий котенок, – согласилась кошка Соня.

Так шептались кошки и брезгливо фыркали.